Сайт боевых единоборств

Реальный бой

ДА-ДЗЕ-ШУ: "ПУТЬ ВОИНА" ИЛИ "ТРОПА ВОЙНЫ"?


       ...К тому времени я уже занимался более 8 лет. Я успел попробовать силы в дзюдо и самбо, отслужил свое в десантно-штурмовом батальоне, сменил несколько учителей по каратэ и ушу, имел достаточный спарринговый опыт - чего мне было бояться этого парня? Сунув руки в тесные карманы джинсов, я с улыбкой наблюдал, как кипит в нем «гарачий кров». О, я был так уверен в себе, что совершенно не воспри­нимал его как противника, - и когда вдруг, внезапно замолчав, он несуразно, но решительно, сплеча, взмахнул рукой, - я успел лишь подумать: «Ну кто же так бьет?»...

       ...В себя я пришел почти мгновенно. И стойку принял классически. Он хмыкнул удивленно: «Ого, - каратист!» - и тут же отскочил метра на три. Ближе мне к нему подойти не удалось - он, видя, что попал неплохо, был доволен и решил больше не рисковать. Попрыгав минут десять, я прекратил бессмысленную суету - челюсть болела все сильнее - и пошел-поплелся домой под его ехидное: «Понравилось? Еще приходи!» Обиднее всего было то, что он в самом деле ничего такого не умел. Месяц заживала сломанная «неправильным» ударом челюсть. Месяц! Месяц я говорил сквозь зубы и размышлял о своем «опыте».

       Но самое интересное было потом - представляете, через некоторое время он пришел заниматься в группу, которую я вел! Вот этого ощущения я действительно никогда не забуду...

       Вспоминая этот случай, я ни в коей мере не хотел бросить тень на дзюдо, самбо или каратэ - дело было не в том, как именно я мог действовать руками или ногами, а в том, что в критический момент я вообще оказался не в состоянии как либо действовать! Не дзюдо и не каратэ - я, именно я получил по морде, причем противнику сделать это оказалось не труднее, чем пришибить таракана.

       Немного, как оказалось, стоили восемь лет занятий...

       Что собираются делать люди, надевающие кимоно? Изучать приемы? - Зачем? Чтобы защитить себя от возможных нападений всяких там хулиганов и бандитов, - скажут многие. Конечно, предусмотрительность непорок, - однако не кажется ли вам странным, что для того, чтобы защититься от хулигана, который пьет, курит, ведет крайне разболтанный образ жизни и, исходя их этого, вряд ли является серьезным противником, вы должны потратить несколько лет на довольно суровые тренировки? Придите в секцию каратэ и вы увидите там - да-да, именно там, - тех самых хулиганов, от которых собирались защищаться; они, оказывается, немало времени тратят на тренировки.

       Понимают ли они действительно цель и предназначение боевых искусств? Может быть, это все-таки не просто умение хорошо драться?

       Для этого прежде всего необходимо понимать место «умения хорошо драться» в современном мире.

       В среднем, с момента появления интереса к боевым искусствам до его угасания проходит 3-4 года, а весь период «драчливости» длится около 8-10 лет. Так, заядлый уличный хулиган получает «первое крещение» приблизительно в 14 лет и активно участвует в своих разборках лет этак до 23-х. За это время он либо успевает попасть в тюрьму, т.е. превращается из «любителя» в «профессионала», либо остепеняется и тоже направляет свои амбиции в другое русло.

       Профессиональный же преступник не станет засвечиваться просто так, и скорее применит какое-нибудь оружие, чем будет искушать судьбу с голыми руками.

       Молодой боец, «настукав» несколько простых и надежных приемов, как правило, тоже не стремится расширять свой технический диапазон, равно как и оттачивать до блеска уже имеющиеся навыки. Его задача - сохранить кондицию, достаточную для того, чтобы, врезав, как следует, с гарантией «вырубить» своего противника. Как правило идет ставка на один сильный концентрированный удар, от силы два. В массовой драке больше подряд сделать не удается.

       Спортсмен-единоборец, избавленный от жестких временных требований улицы, имеет свои, не менее тесные рамки правил ведения поединков и соревнований. У тренера есть свой план, для него главное поток, количество. Он натаскивает человека по принципу достаточности, без колебаний отбрасывая то, что не пригодится в соревнованиях. Звезда юного спортсмена тоже светит недолго, 2-3, иногда 4 года. Потом он либо уходит в тренеры, либо опять-таки становится профессиональным преступником. Если же он избирает другой путь, то ему приходится фактически начинать жизнь сначала, с нуля, с головой уходить в работу, чтобы наверстать потерянное время.

       Обе эти ситуации во многом сходны и не оставляют возможности для роста боевого мастерства. И там и тут все решает сила и скорость.

       Знакомая история...

       История Земли знала многих монстров, которые были быстрее, выше, сильнее человека, - но человек пережил их всех, потому что был хитрее, дальновиднее и изобретательнее. Поэтому идеалы современного спорта - быстрее, выше, сильнее - в боевых искусствах не являются основными. Здоровый дух может существовать только в здоровом теле, это верно, но это не значит, что в каждом здоровом теле, слоняющемся по улицам, осталось место для духа.

       Итак - боевые искусства не имеют ничего общего со спортом, кроме элементарной физической подготовки. Боевое искусство в восточном понимании нужно человеку для того, чтобы осваивать и развивать резервы своего тела и сознания, работать прежде всего для себя, по свойственным только ему срокам и планам. Человек, практикующий боевые искусства, живет в них до глубокой старости, а спортсмен - от силы несколько лет.

       Для последователей традиционной философии Дальнего Востока основной интерес представляет не то, что с помощью какого-либо искусства можно сделать с кем-то другим - важнее то, что это искусство сделает с тобой.

       Это уже по сути своей именно занятие для себя. Я бы скорее назвал его культурой физического существования, то есть физической культурой, но, к сожалению, у нас этот термин уже обозначает что-то вроде «гимнастики для домохозяек».

       Вот спорт - это да! Это медали, фанфары и цветы в машину. Физкультура - это скучно, этим славы не заработаешь. То ли дело - чемпионат мира, страны, или хоть города - на худой конец.

       А физкультура.... Ну так, для себя...

       ...Самое интересное - все, кто приходит ко мне в группы, говорят, что хотят заниматься именно для себя, не иначе. Я имею все основании полагать, что большинство занимающихся в секциях спортивной борьбы или бокса настроены так же. Почему же тогда идут туда? Потому, что звание чемпиона кажется надежным подтверждением ценности приобретенных навыков.

       Стоит ли разъяснять разницу между иллюзорным удовольствием быть самым крутым в СВОЕМ виде спорта, в СВОЕЙ весовой категории, по СВОИМ правилам - первым парнем в СВОЕМ огороде - и реальной готовностью к любой непредвиденной ситуации - в любое время, против любого противника и на любых условиях. Здесь привычка работать по правилам оборачивается неспособностью как самому вовремя нанести решающий удар, так и предвидеть опасную атаку противника.

       Традиционный воин каждый миг чувствует, как слабы его мышцы, как хрупки его кости, медлительны движения, как близка его смерть, для которой ничто все медали и титулы. Для него смерть - слишком реальная вещь, чтобы, не думая о ней, решать, к то же все-таки самый... сильный? - Нет - самый глупый. Слишком глупый, чтобы жить долго.

       Парадокс - человек, стремящийся к победам, очень скоро будет побежден. Человек, стремящийся быть непобедимым, никогда не попадет в ситуацию, в которой есть возможность его победить.

       Вспомните фильм Брюса Ли «Кулак ярости», где главный герой пытается решить политическую проблему японской оккупации с помощью своих кулаков, отважно расправляясь с представителями конкурентов - японских школ. Такой путь не мог не привести к гибели, поскольку молодой боец не заботился ни о «скрытности» своего «удара», ни о соответствующей «защите», а самозабвенно лупил и долбил, пока не нарвался на пулю. Такую ситуацию, возникающую у многих молодых забияк, можно характеризовать как «переворот силы», когда уже не человек владеет кунг-фу, а кунг-фу, как некий комплекс стереотипов, владеет человеком, выходит из-под его контроля. Сам человек в этом случае превращается в рабочий придаток своего искусства, которое не может проявиться иначе, как в бою.

       В сходную ситуацию попадает неуравновешенный человек, положивший «на всякий случай» в карман пистолет. С этого момента любая ситуация будет для него лишь предлогом воспользоваться оружием, ощутить его силу. Таким образом пистолет будет использовать своего хозяина, ибо только в бою он проявляется в этом мире как оружие, а не как мертвый кусок металла.

       Истинный смысл боевого искусства заключается не в умении быстро и сильно бить - я уже не говорю о красоте, ведь многие очень эффективные стили боя, скажем, стиль «обезьяны» или «утки», или то же хапкидо, не всегда представляют собой «красивое» в общепринятых представлениях зрелище.

       Итак - комплекс традиционной школы боевого искусства представляет собой всестороннюю систему реализации потенциальных возможностей человека. Не случайно в этот комплекс входили каллиграфия, поэзия, история и медицина, которые вроде бы впрямую с боевыми искусствами не связаны. Человек прежде всего должен научиться жить и чувствовать жизнь, воспринимать ее наиболее полно. Искусство убивать- это всего лишь одно из вспомогательных умений, необходимых для того, чтобы эта жизнь была долгой. Как говорили китайцы: «Если меч может тебе пригодиться хотя бы раз в жизни - носи его с собой всегда».

       Школы боевых искусств учили жить, не тратя силы на соревнования с окружающим миром. Истинной целью их учения было умение правильно использовать внешние силы, а не преодолевать их. Самозащита понималась несколько шире, чем танцы на ринге - самозащита от болезни, от ненужных затрат и поступков, защита своей семьи от внешних и внутренних неурядиц - вот, что такое боевое искусство в действии. Но если человек сам создает себе условия, в которых может пострадать - даже не для обучения, а только чтобы выглядеть крутым в чьих-то глазах - это не самозащита. Это злоупотребление своими знаниями - если бой идет без правил, по настоящему - и это бесполезная, бессмысленная возня, если какие-то правила, ограничения существуют. Бой подушками - детская забава.

       Кстати, а почему бы не провести чемпионат мира? Зарегистрировать федерацию, открыть секцию? А вы - пойдете заниматься?

       Вообще-то человек способен заниматься любой чепухой - достаточно будет лишь назвать ее спортом.

       А спорт, само собой, требует соревнований. Это единственный его смысл и единственное его средство к существованию. Больше ни на что он не ориентирован и любым другим целям может служить лишь постольку поскольку, косвенно.

       Соревнования происходят из вечного детского вопроса: кто сильнее - слон или кит?

       Взрослые люди считают такой вопрос несерьезным, абсурдным. Слон живет на суше, кит - в воде. И тот, и другой, попав в «гости» к своему противнику, попросту потеряют всякую возможность соревноваться.

       По той же причине сравнения типа «что лучше - айкидо или каратэ» - просто бессмысленны. Оба этих единоборства являются фрагментами того, что ранее представляла собой любая реальная боевая система - и должна представлять и сейчас. Да и вообще - как можно говорить о полноценном сравнении, если на любых соревнованиях все наиболее эффективные способы воздействия тут же окажутся в разряде запрещенных - во избежание неминуемого чле­новредительства. В спортивных секциях их вообще стара­ются не изучать - а то вдруг, неровен час... Нет уж, хватит с вас, ребята, бесконтактного обмена пинками и возни на мягком ковре!

       Спрашивается - а где же тогда боевое мастерство? Что от него осталось?

       Остались только безликие и беззубые «восточные единоборства» - подлинные «тени минувшего». Единственное, на что они годятся - это собирать деньги за тренировки, да еще фильмы снимать.

       Настоящее боевое искусство - это умение безо всяких ограничений как бить, так и бросать, не оставляя противнику ни малейшего шанса «вставить слово», это умение полностью владеть ситуацией боя, превращая любое действие противника в свое оружие.

       Для многих людей показателем эффективности стиля кунг-фу является его древность. Это верно с той точки зрения, что старые стили органично сочетали в себе броски и удары на основе специально разработанной динамики универсальности движений. Единая система движений не является древним секретом и используется до сих пор в подготовке спецслужб, некоторых семейных стилей и подготовке артистов пантомимы. То, что мы привыкли видеть под названием «боевое искусство», все эти сотни и тысячи приемов не являются искусством боя, изучать их не нужно и бессмысленно. Специалист, владеющий системой построения движения - своеобразной силовой паутиной возможных траекторий - способен, ничуть об этом не задумываясь, показать и вдвое, и втрое больше - насколько хватит фантазии, поскольку с его точки зрения он все время делает одно и то же.

       Бою, как таковому, обучали буквально сразу же, как только человек становился полноправным членом клана или общины людей, практикующих ту или иную школу. Время же, в течение которого этот кандидат в ученики пилил дрова, мыл полы и таскал воду при этом в зачет не шло. Этим можно было заниматься считанные месяцы - редко более года. Далее уже внимание уделялось ее шлифовке и наработке силы в уже хорошо известных движениях. Очень важным обучающим фактором является единство устремлений всех членов общины: совместные тренировки, где одни и те же упражнения выполнялись и новичками, и мастерами, определенный рацион и режим жизни делали возможным многократное повторение одних и тех же, на первый взгляд бесполезных движений, которые потом раскрывали новые и новые возможности в любом виде деятельности, в котором только ни применяются сознание и тело.

       Боевое искусство - это предохранительная скорлупа, защищающая птенца, пока он еще не сформировался и не в состоянии двигаться сам.

       Ученик еще не умеет правильно вести себя в жизни, с самого начала распознавая критические ситуации и обходя их, но уже представляет собой ценность для клана. На него уже возложены какие-то надежды, он уже прошел через какие-то подготовительные методики, он доказал свою верность клану - теперь, если он умрет, придется с кем-нибудь другим начинать сначала. Опасная ситуация может быть и спровоцирована недоброжелателями с целью опорочит клан либо захватить «языка», который сам того не ведая, может сообщить очень важные сведения: например, секрет приготовления каких-либо зелий, расположение комнат, методики тренировок. Поэтому, став членом клана, новичок должен был в максимально сжатые сроки стать полноценным бойцом. Это уже было необходимо не только ему одному: от этого зависело благополучие всей общины.

       Но сущность учения школы не заключалась в преподавании кулачного боя, как, впрочем, и в следовании какой-нибудь философской или религиозной доктрине. Школа была призвана дать универсальное средство для развития возможностей всей общины через развитие каждого ее члена. Искусство быстрого счета, огромная память, молниеносная реакция не являются достоинствами одной только головы - ведь наше тело не только подставка для нее. Наше сознание не ограничивается умом - движение тоже может быть сознательным.

       Развивая чувствительность пальцев, мы развиваем мозг. Уничтожая бессознательные двигательные стереотипы, мы сознательно формируем структуру своих движений и можем произвольно ее менять. То же самое будет происходить и с сознанием - развивая его, мы будем в состоянии сформировать любую программу, необходимую для решения конкретной задачи, не отягощенную никакими страхами и комплексами.

       Движения боя должны быть подчинены общему закону, который, кстати, и является секретом и самим смыслом данного стиля.

       Движения же превращаются в удар или бросок только соединяясь с действиями противника, который, таким образом, сам себя бьет. Отсутствие конкретных комбинаций и заданных, отработанных приемов и обусловливает разнообразие и универсальность боевых техник, неповторяемость конкретных боевых ситуаций.

       Предугадать действие такого бойца очень сложно, поскольку он сам не знает, что именно у него сейчас получится - на 90% техника обусловливается движениями партнера, взаиморасположением противников и тем, поскользнулись вы в данный момент на банановой кожуре или нет, поскольку настоящий мастер должен тут же использовать возникшее движение, все равно - свое или чужое. Для него все должно быть кстати.

       Контролировать ситуацию - значит не только предотвращать какие-либо воздействия или явления. Настоящий контроль - это извлечение максимума пользы из любого воздействия или предмета окружающей Среды. Нельзя делить вещи на плохие или хорошие. Существует лишь то, что мы в силах контролировать и то, что нашему контролю неподвластно. Здесь имеется в виду не только физическая сила. Готовность найти нестандартный выход из положения, сила воли и устойчивость психики в жизни оказываются необходимы гораздо чаще, чем умение бить боковой с разворота.

       После бума 50-х-60-х годов, после Эда Паркера и Брюса Ли, провозгласивших отход от формальностей в сторону творческой трактовки единых принципов, взаимопроникновение методик боевых систем и, соответственно, разрушение старых табу стало обвальным. Сейчас создаются все новые и новые боевые и спортивные единоборства, провозглашающие своим девизом эффективность и универсальность, В сочетании со всеми возможностями медицины и техники это позволяет существенно сократить сроки обучения, отбирая наиболее эффективные методы подготовки из старых методик и разраба­тывая новые.

       Среди этих «молодых тигров» отчетливо выделяются два направления - одно, спортивное, которое постепенно упрощает все стили, сводя их к правилам и арсеналу усредненного кикбоксинга; другое, которое можно назвать военно-прикладным, делает упор именно на универсальность подготовки бойца, его способность действовать в любых экстремальных ситуациях.

       Если спорт требует наиболее эффективных, заметных, зрелищных приемов и действий, обеспечивающих интерес публики и гарантирующих справедливое судейство (что именно и приводит к непригодности спортивных единоборств в реальных боевых ситуациях), то прикладные боевые системы стремятся достичь именно максимальной боевой эффективности - не победить, а повредить противника неясным, малозаметным движением; добиться необратимого преимущества в бою с несколькими противниками; найти нестандартный выход из ситуации; сохранять высокую боевую готовность при длительных перерывах в тренировках.

       Сумма этих требований к подготовке реального бойца выводит на первый план именно психотренинг - тренинг постоянной готовности и творческого восприятия. Сама тренировка представляет собой уже не столько нарабатывание каких-то двигательных стереотипов, сколько разрушение тех, которые, уже устоявшись, сковывают свободу импровизации. Прикладные системы состоят из предельно малого числа многоцелевых элементов, способных активно и производительно соединяться в сочетаниях, необходимых для конкретного бое­вого момента, и единой гибкой программы, позволяющей мол­ниеносно рекомбинировать их в любых формах.

       Издательство: "Современное слово", 1998г.
Автор: Юрий Сенчуков


НА   ГЛАВНУЮ         НАЗАД

Хостинг от uCoz